Ветер Странствий
05 Март 2021 00:53 мск  
Логин:

Пароль:

- запомнить
Забыли пароль?
Регистрация
Россия
Кострома
Кострома ***

Когда впервые побывал в Костроме в конце 90-ых, осталось впечатление, что это город с довольно богатой историей и без особых «ай-ай-ай» в архитектуре, поскольку от большинства увиденного осталось не так много положительных эмоций. Повторный визит через 20 лет получился куда более красочным. Наверняка многое просто привели в порядок, а может, более вдумчивое двухдневное пребывание с наблюдениями «вооружённым глазом» позволило выявить нечто новое.
После Ярославля, возможно, робкие попытки Костромы обозначить какие-то архитектурные достижения не покажутся особо примечательными, но в любом случае, архитектуру тут точно можно разглядеть, начиная даже с настоящего классицизма и ампира. Торговые ряды 1), которые суют в нос любому туристу в почти любом провинциальном городе, наверное, не в счёт, хотя здесь эти довольно скучные строения всё-таки не совсем убогие и не развалились 2). А вот ансамбль Сусанинской площади 3) практически весь именно такого стиля, хотя вопросов и к самой площади, слишком большой для окружающей её скромной архитектуры, и соответственно, к самой архитектуре, немало. Но вид у основных построек: Пожарной части с действительно неплохой каланчой 4) или Гауптвахты 5) вполне солидный и нарядный, с поправкой на изрядную провинциальность, конечно. Можно отыскать и несколько вполне приличных зданий псевдоампира 6) 7)8), в основном на «главной оси» города – Советской. Здание Драмтеатра им. А.Н.Островского не запечатлел, но тоже добротный неоампир. Эклектика есть, пусть и «карликовая», там же 9), да и посолиднее - на Симановского 10). Есть совсем недурственные образцы аж модерна, пусть и в виде «карманных» переосмыслений бюджетного «европейского»: симпатичный дом с большими сложными окнами 11), или крупными лепными блямбами 12) опять же на Советской, здание нынешнего музея Театрального костюма 13) и ещё несколько, не столь впечатляющих. Хотя здание Камерного Драмтеатра 14) вполне впечатляющее, для провинциального модерна весьма масштабное, но слишком однотонно-скучноватое, чтобы быть шедевром.
Ну и конечно, тут не могло не быть псевдорусского стиля с вариациями, начиная с масштабного здания Обладминистрации в т.н. Муравьёвке 15). Поменьше и попроще, но зато с изразцами, дом опять же на Советской 16). Это в красном кирпиче, но есть и теремной стиль в штукатурке, например, в масштабном комплексе Онкодиспансера на Нижней Дебре, к слову, очень весело иллюминированного, целых два здания 17)18), одно - вообще на удивление верноподданническое, аж с гербом Романовых... Ах да, Кострома же прочно связана не просто с российской историей, а с Гольштейн-Готторп-Романовской династией! Так что ничего удивительного! Впрочем, это ещё «ненастоящий» дом, есть и «настоящий» «Романовский» 19)20), тоже в том же «теремном» стиле и тоже симпатичный. Правда, его почему-то очень часто ремонтируют, а т.н. Романовский музей, соответственно, часто неоткрыт… Но о Романовых и музеях, пожалуй, позже, стоит закончить вопрос архитектуры. Так вот, кроме исторической каменной архитектуры, которая вообще-то в России пусть и не редкость, но предмет гордости, достоинством Костромы можно считать и то, что тут сохранилось изрядное количество деревянных домов. В отличие, скажем, от Ярославля. А в отличие от Архангельска, например, где дерева даже более чем достаточно, здешние «избушки» способны порадовать взгляд. На некоторых улицах деревянные дома даже доминируют, например, на «проспекте» Текстильщиков 21)22)23)24)25), на Осыпной 26)27), местами даже на самой центральной Советской 28)29), есть и на Нижней Дебре 30), и вообще - по центру города разбросано множество различных деревянных строений, не говоря уж о «заречных» районах 31), типа ул. Просвещения 32)33). Можно найти весьма примечательные экземпляры, почти шедевры, типа теремков на ул. Симановского 34)35)36), хотя среди всего этого этнодобра в основном просто крепкие дома, зачастую с фабричными новодельными наличниками, но зато подправленные и подкрашенные, а потому выглядящие вполне нарядно. Есть и откровенная пейзанщина 36а), но в сочетании с берёзками и сосулями избушки прекрасно греют душу нашему человеку своей ностальгической духоскрепностью, а ненашему – этноэкзотикой. Я тоже к деревяшкам неравнодушен, хотя отчётливо понимаю и то, что это никакое не деревянное зодчество, а просто добротное срубостроение, и то, что, по идее, настоящий город, даже богатоисторический, должен хвастать не этим, а всё же каменным строительством. Но избушки наблюдать куда приятнее, чем панельные пятиэтажки… Впрочем, о советском и современном строительстве тоже надо замолвить доброе слово: что приятно, инженерно-архитектурная мысль не совсем обошла стороной Кострому. Попадаются и более-менее оригинальные советские постройки, ну пусть не ограда Центрального Парка 37), но такой вот советский «американский» дом на Советской вполне симпатичен 38). Тяжеловесную, но тоже не лишённую некой эстетики Филармонию 39) я тоже готов причислить к относительно удачным зданиям. Есть и проблески небезыдейного конструктивизма, хотя их тут трудно отличить от новоделов, я лично не разобрался, например, какого возраста здание на Комсомольской 40). Ну и совсем современные творческие поиски «новокостромичей» иногда тоже вызывают определённый интерес, хотя и тут не всегда понятно, это «оригинальные» проекты или реконструкции старых зданий. Примерами относительно смотрибельных особнячков богатеньких горожан могут служить суперэклектические домики на Осыпной 41) или на Клубной 42). Дом на Горной 43) тоже необычный, хотя, вероятнее всего, это переделанная церковь…
Всё, с «долгами» за первый визит я рассчитался, остальное в Костроме или «было всегда», в смысле видно даже при беглом осмотре или появилось совсем недавно.
Город действительно может похвастать довольно богатой историей, хотя и слегка дутой. Основал его, как водится, московское «наше всё» Юрий Долгорукий. Памятник есть 44), почти совсем свежий, мне не понравился: слишком статичный и вообще малохудожественный. Я не понял и выбранный образ, почему беспокойный, рыщущий и алчущий аки волк князюшка изображён покоящимся на троне? Ну, на том и до конца XVI в. ничего славного с городом не происходило, даже, в худших среднерусских традициях, пришлось переносить город на менее уязвимое место. А вот потом дело пошло, можно сказать - попёрло. Сначала городом, по сути, завладели Годуновы, а затем и вовсе он превратился в «колыбель» Романовской династии.
Символом исторической значимости и вообще главным символом Костромы, конечно, является Ипатьевский монастырь 45). Как считается, организовал его отъехавший из Орды некий мурза Чет, невесть кто по вероисповеданию, но для верности ещё и перекрестившийся. Видимо за время празднований непривычный к истинно православным традициям бывший мурза упился до изумления, но вместо языческой белочки явился к нему бог весть откуда взявшийся святой Ипатий. Откуда выкопали этого греческого бедолагу, убиенного метким броском камня какой-то арианской бабищей в ходе даже не меж-, а внутриконфессиональных разборок аж IV в.?! А вот поди ж ты, исцелил болящего свежеобретённого православного! Вот в честь него и назвали монастырь. Годуновское семейство, почитавшее себя потомками этого самого Чета, как, впрочем, и Романовы, и ещё с десяток аристократических фамилий тогдашней Руси, всячески способствовали украшению и укреплению монастыря, но от этого не осталось практически ничего. Ну, разве что кроме подвала с надгробиями самих Годуновых, т.н. Усыпальницы 46). Место небезынтересное хотя бы из-за довольно странного с точки зрения «классического» православия оформления этих самых надгробий. Как-то эти надгробные «узоры» куда больше смахивают на «Древо Жизни» и свастику, чем на что-то христианское. Ну строго с этих «татар» и не спросишь.
Ну а дальше начался трагифарс Смутного времени. Бориска Годунов состриг Федьку Романова в монахи, где тот стал Филькой и быстро выбился в патриархи. По ходу пьесы Филька переметнулся к Лжемитьке Тушенскому, сдал ему и Ипатьев монастырь вместе с Костромой. Так что все годуновские наработки для защиты «нашим» не пригодились, зато отбивать обратно пришлось с боем и долго. Ну а крепость была, вероятно, довольно приличной, по крайней мере, для небольшого отряда без осадной артиллерии.
Нынешний вид монастыря, конечно, может дать только косвенное представление о тогдашних её возможностях, всё явно перестраивали. И в нынешнем виде, с одной стороны, можно наблюдать полный профиль стен и две разгороженные стенами фортификации с девятью однообразными башнями, которым, тем не менее, даже имена полагаются, типа Водяной и Пороховой 47), Зелёной и Северо-Западной 48) или Юго-Западной 49), а, с другой стороны, если не по главным воротам на востоке, укреплённым «башенной» Надвратной церковью Св. Хрисанфа 50), то по чисто декоративным Северным воротам 51) видно, что с начала XVIII в. обороноспособность уже не являлась единственной задачей.
По иронии судьбы, Филькина бывшая баба с чадом оказалась здесь, в «годуновском» монастыре, где и дождалась, пока сыночка Мишанька оказался самым достойным кандидатом на Российский трон. Впрочем, монастырской твердыне, видимо, несильно доверяли, раз понадобился Сусанин…
Маленькое лирическое отступление. Я лично всё-таки склоняюсь к тому, что фигура Сусанина дутая: был такой мужик, запытали его какие-то бандиты, шнырявшие по костромщине, вероятнее всего из-за денег, а отнюдь не из-за желания изыскать и истребить Мишеньку Романова. А то как-то не складывается: о том, что его выбрали на царствие, поляки уже знали, а о том, что он сидит в монастыре, не знали? Да и зачем им он понадобился, лучше чтобы Пожарского выбрали? Злые языки ещё и утверждают, что никаких поляков там и не было, просто бандиты.
Короче, больше похоже, что родственнички Сусанина быстро подсуетились и представили его «заурядную» смерть от рук бандитов героической жертвой во имя спасения невероятно ценного юного балбеса, за что получили право никогда не платить ни НДС, ни ЕПН… Впрочем, как, пусть и мифический, но символ жертвенного патриотизма Сусанин вполне и сейчас канает. Так что памятник удачно заблудившемуся мужику в Костроме и неизбежен, и вполне уместен. Причём, советский памятник 52), вопреки обыкновению, мне кажется куда удачнее снесённого старорежимного. Новый воспевает самого героя – сурового мужика, а на старом героем был Мишаня в виде большого бюста, а Сусанин, словно сявка, сидел у его «ног». Неверная расстановка приоритетов!
Ну да, Романовы основали династию, начавшуюся относительно славно в Ипатьевском монастыре, а закичившуюся бесславно в Ипатьевском доме в Екатеринбурге, впрочем, это прописная банальность… От Романовых, разумеется, осталось куда как больше, чем от Годуновых. Палаты Бояр Романовых 53) при желании можно считать самой старой постройкой монастыря, хотя их наверняка перевернули вверх дном во время перестройки в XIX в. Вполне симпатичное, «стилизованное» здание, от интерьеров, кроме печек ничего, разумеется, не осталось. Сейчас тут музей, отчасти про Романовых, а больше о «скрепах». На упомянутых печках попался вот такой символ, вероятно неполноценности Ветхого Завета без Евангелия 54). Резьба по перламутру 55) это, вероятно, красиво, иконы, даже странные как Св. Аввакум, то ли с камнем, то ли с вынутым сердцем 56), вероятно, символично, но глядя на «дониконовские» иконы, странные прочтения христианских символов 56а) и всякие маргинальности типа вериг 55а), подумаешь, столь ли нужны такие скрепы?!
Главное сооружение - Троицкий собор 57), разумеется, тоже «романовский», но нынешнее здание построено уже на месте того, в котором собственно разыгрывался фарс с «призванием» Мишани на царство. Сокрушительного впечатления архитектурного шедевра на все времена собор не производит, это вполне типичное для середины XVII в. сооружение. Но украшен изрядно: снаружи почти ничего не осталось 58), а вот внутри весёленько, с расписными балясинами, порталами 59)60), «травлёными» воротами 61), как в Суздале, и, разумеется, добротными фресками 62). Сохранилось довольно много, кроме пределов. Фрески 63)64)в основном в том же «стиле», что и большинство в Ярославле , хотя тут и не так аутентично, сильно разбавлено более поздними творениями 65), и менее драматично: меньше «апокалипсушек», и вообще «накала» меньше, больше спокойного нравоучения66)67). Зато на фреске Страшного суда, пусть и не так страшно, но круг грехов сильно расширен за счёт «не совсем» смертных, типа пьянства или суесловия, а графическое воспроизведение сущности грехов использует не людские тела, а бесов, что кажется необычным.
Прочие здания напрямую к Романовым не относится: Настоятельский корпус 68) - вполне типичная архитектура с резными окнами, церковь Рождества Богородицы 69,сзади)восстановлена, а вообще пёстрое, но безынтересное эклектическое сооружение, ну а Свечной корпус самый «свежий» по времени постройки и интересен тем, что там музей, ещё недодавленный попами, ныне претендующими на весь монастырь. Музей интересный, потому что среди православного духовного искусства можно отыскать массу необычного. Например, большую икону «Символ Веры» 70)71), по сути – комикс, разъясняющий, во что надо верить истины православному, необычную «Троицу» 72), очень «чувственную» икону с зачатием св. Анны 73), редкую травлёную икону с нечастым сюжетом со вставлением «жала мудрыя змеи» вместо языка пророку Исайе 74), странное распятие на фоне каких-то столпов и вообще странный складень 75) с непонятным решением «внутреннего пространства». К местным особенностям можно отнести «3D»-иконы, свойственные северному православию, и к совсем местным - одевание фигурок святых в матерчатые ризы, на манер католиков 76). Ну а Св. Николай – покровитель водников и странная кэпочка на персонаже просто показалось мне забавным 77), прошу отметить - никакого богохульства!
Ну по главному культовому сооружению всё, тут на полдня можно «застрять», но это далеко не всё даже среди этой категории достопримечательностей. Так что извольте перебежать обратно через Кострому, это река, кто не понял, и, кто не понял, это не Волга, и продолжить. Впрочем, чтобы закончить с Романовыми, можно ещё поглядеть одним глазом на часовню Царственных страстотерпцев 78)79). Вообще-то это абсолютно новодельный довольно нелепый псевдошатровый ларёк – «место силы» нынешних царебожцев. Особенно странным показалась литая икона с изображением убиенных граждан Романовых, дополненная ещё какими-то мужиками в мундирах и нимбах, причём это не «блаженные» доктор Боткин и камердинер Трупп, а вообще какие-то самопровозглашённые «на хайпе» «святые». Ну ладно, часовенка, как свеженькое пёстренькое пятно на фоне деревянного пейзажа сгодится.
Впрочем, чтобы закончить с этим заречным районом нужно посмотреть и церковь Иоанна Богослова 80)81), довольно заурядное здание заметно украшает поздняя шатровая колокольня 82). Фрески тут уже XVIII в., нового письма, но довольно нарядные 83)84). Странно, но сам Иоанн Богослов тут ничем не наоткровенничал, зато явно выделяется какое-то акробатическое распятие, вероятно св. Петра 85).
Вот теперь вернёмся на материк и досмотрим. В Костроме вообще-то сохранилось совсем немало храмов различных эпох, в т.ч. и интересных, хотя, конечно, если заехать сразу по «Золотому Кольцу» после Ярославля или Владимира с Боголюбовым, то здешние могут показаться скромными. И тем не менее.
Второй по «массе» Богоявленский Анастасьин монастырь 86) интересен, прежде всего тем, что хранит т.н. Фёдоровскую икону Божьей Матери, которой опять-таки благословляли на царство Мишаню Романова. Фёдоровская она не из-за Мишаниного папы, как можно подумать, а в честь Фёдора Стратилата, который якобы её сретил ещё в IV в. Есть такая икона, доступна в Богоявленском соборе 87), правда, в довольно пошлом обрамлении и вообще в не особо удачном барочном интерьере. Весь же монастырь в архитектурном плане воображение не поразит, - в основном XIX в., - Смоленская церковь 88) симпатичная, пока свеженькая и беленькая, не более.
Из оставшихся «одиночных» самая интересная - церковь Воскресения на Дебре 89). Необычна она, прежде всего, своей яркостью, можно даже сказать ядрёностью. Само основное здание не бог весть какой шедевр 90), зато пять полуапсидок в шашечку 91), красный кирпич с белыми вставками 92)93)и всяких дополнительных украшательств и пристроечек 94) столько, что не соскучишься. Внутри не менее весело 95), расписано, как положено, всё с пола до потолка 96), жаль не всё сохранилось. Фрески в базе ярославского типа с богатым апокалиптическим содержанием, блудницами, чудищами, саранчой и прочими прелестными символами. Правда, фрески сильно подзакоптились, а очень заметная часть переписана в гораздо более позднее время, и, как водиться, изувечена бесталанными мазилами. Хотя и среди этого попадаются занятные сюжеты, типа дракона или сцены «Духовной Жатвы» с богом и ангелами, вооружёнными серпами 97). К отрицательным моментам можно отнести, конечно, что церковь действующая, так что фотографирование не благословляется, ну и ремонтец с богомерзким линолеумом в часовенках.
Рядом стоит недобитый Знаменский монастырь с очень заурядной одноимённой церковью, если чем и выделяющейся, то только относительно приятной аккуратненькой колоколенкой 98).
На этой же улочке с дремучим названием Нижняя Дебря можно отметить и церковь Вознесения на Дебре 99). Это «классическая» церквушка с шатровой колокольней, симпатичная как часть пейзажа 100), да и что от неё требовать большего, когда она служила общагой для портовых грузчиков!
Совсем скромная церковь Спаса-в-Рядах 101) вмонтирована в Торговые ряды и придаёт им хотя бы некоторую архитектурную осмысленность, тем и заслуживает внимания. До некоторых церквушек, уже на другом берегу Волги я не добрался, а обо всех прочих на материке ничего не скажу, они меня ничем не привлекли.
Перейду к музеям. Тут тоже есть на что посмотреть. Сразу скажу, что прекрасной отличительной чертой основных костромских музеев является их самоотверженный рабочий график почти без выходных. Главный музей, помимо относительно уже воцерковлённого в монастыре, это Костромской Историко-архитектурный и художественный музей-заповедник с кучей филиалов. Основным зданием этого монстрика стоит считать, наверное, тот самый пресловутый Романовский дом, хотя это, прежде всего, именно художественный раздел. Тут был и довольно безыдейный музейчик, посвящённый 400-летию династии Романовых, но его, наверное, ликвидировали. Ну а художественный музей вполне состоятелен. Большой и интересный раздел икон смог удивить крупной иконой, вполне подробно и наглядно излагающей «Откровения», ну этот самый пресловутый Апокалипсис 102) с его основными «героями» 103)104)105)106)107). К числу не самых частых образов можно отнести и икону с приходом жён-мироносиц к уже опустевшему гробу Господню со странно изображёнными пеленами Христа 108), статую Христа-Полуночника со следами бичевания 109) или полностью резной «Страшный суд» с красочными сценами пыток грешников 110)111). Светская живопись, конечно, не совсем «третьяковка», однако есть очень хорошие работы или интересные, типа портрета рубежа XVIII-XIX вв. 112) с очень нетривиальной женской моделью со смелой причёской и явно непростым характером. От этого полотна и ещё от нескольких, в основном совсем местечковых, осталось стойкое впечатление, что их реставрировал один и тот же художник, или ученики одной мастерской. Они не только хорошо освежили старенькие холсты, но и лица «переписали» так, что видно: реставраторы сильно талантливей, чем авторы, - сами портреты «стали» на порядок мастеровитей, чем изображение прочих частей тела или, скажем, материи платья. Ну и бюсты 113) порадовали тем, что Александру I совсем не польстили, а Николай I - прям один в один Ливанов из «Звезды пленительного счастья».
Рядом – музей в здании скромного позднего ампира Дворянского собрания 114) собственно этому и посвященный. Интерьеры, правда, не особо впечатлили, скромненько даже для провинции 115)116), разве что за вычетом кованной лестницы 117)118), а среди экспонатов 119)запомнилась только машинка для выборов Предводителя 120). Ещё там же гостит выставка 121) местного самопровозглашённого художника, очередного непонятого почвенника Ефима Честнякова. В принципе небезынтересно, хотя с очень большим натягом это можно назвать живописью: смесь лубка, хуторского примитивизма-идеализма и мелкофигурной брейгелевщины с отчётливым привкусом неоязычества. При всей заявленной жизнерадостности сюжеты лично мне показалось довольно мрачными. От хождения ко всеобщему идеалу строем 122,верх), смычки города и деревни в подметании улиц 123) или волочения символа счастья на повозке, запряжённой безлошадными людьми 122,низ) веет чем-то даже не большевистским, а скорее пол-потовским. О всеобщей гармонии под присмотром духов-комов из подвала я вообще не знаю что и думать…
Военно-исторический отдел, занявший весьма подходящее здание Гауптвахты 122а), напротив порадовал больше ожидаемого. Тут тебе и сама гауптвахта, в смысле камера для арестованных офицеров 124), правда, странно, что не отобрали мундир с тесьмой, - шнурки-то должны отбирать! Тут тебе и вооружение с амуницией всякие 125)126), и старые, включая пороховой динамометр 127), сабле-штык и похожий набор, и новые, включая странные ранцы для снарядов, лопату-миномёт 128), примитивную противотанковую мину, разные виды огнесмесей и фашистские «лайфхаки» для борьбы с русским «генералом Морозом» 129), ну и всякая экзотика 130) вплоть до щитов из панциря черепахи 131) – пожалуйста. Есть и интересные милитаристские штуки, типа изразца с приступом крепости, памятные знаки за фортификационные достижения 132) в Выборге и Кронштадте, медали начала XIX в. с известными полководцами древней Руси, типа Василия Ярославича (?), якобы не особо почитавшегося тогда Дмитрия Донского и якобы никогда не почитавшегося Ивана IV 133). Ну и деньги белогвардейские в придачу 134). А от плаката с былинным богатырём Лёвой Давыдовичем Троцким (!!), поражающим дракона-буржуя в цилиндре (!!!) 134а) я просто рыдал, это, правда, копия, оригинал, видно, сгинул в застенках кровавой сталинской гэбни.
Собственно исторический раздел 135), пожалуй, не столь богат, но тоже интересен. В принципе достаточно стандартный набор: история в картинках, аутентичная мебель 136)137), портреты, опять же, частью слишком хорошо «отреставрированные», что-то из оружия 137), что-то из бытовухи, что-то из истории ремёсел, в данном случае - ювелирного с изделиями первого «официального» ювелира Ратькова 138), что-то из этнографии. Если что особо привлекло внимание, так это опереточный эполет городского Головы и странное трактование блага на «голландском» изразце 139), а также ещё один пороховой динамометр и магнит «с накладками» конца XVIII в., учебное пособие (?) 140).
Да, наверное, пора сказать о довольно масштабном этнографическом музее Костромская слобода. Это, разумеется, изрядная и заслуженная городская достопримечательность, хотя и посвящена сугубо сельскому, как принято говорить, деревянному зодчеству. Масштаб тут конечно не тот, что в Малых Карелах под Архангельском или Надвоицах под Новгородом, и, тем более в Кижах, да и горит тут что-то частенько, но экспозиция всё равно заслуживает внимания. К собственно «зодчеству» отнести можно, на мой взгляд, только отдельно стоящую, словно заблудившуюся Богородицкую церковь из села Холм 141), весьма ценный образец ещё середины XVI в., «ностальгическую» и действительно изящную в своей лаконичности Спасскую с погоста Вежи 142)143) с воспроизведённым кое-как иконостасом 144), ну и формально - Ильинскую церковь из Верхнего Березовца 145), невзрачную и безыдейную снаружи, но зато с пятирядным иконостасом и полноценными «небесами» с обозначенными росписями 146). Правда, на то, как должны выглядеть настоящие северные «небеса» надо ехать смотреть в Саунино под Каргополь. Здесь же представлен довольно странный предмет для поклонения православных – слезник 147) – камень с лакунами, куда натекала дождевая вода, мгновенно самоосвящавшаяся, не иначе.
Остальные деревянные постройки назвать зодчеством как-то язык не поворачивается, это просто образцы очень добротного избо- и сараестроения. Избы, правда, попадаются действительно выдающиеся, удивляющие городскую сволочь, и своими размерами, и изрядностью обустройства непростого северного бытования. «В живую» подобные комплексы из жилья, бани, скотного двора и амбаров, собранных под одну крышу и к одной печи вполне можно наблюдать, например, в Пыщуге. Но тут удобно, ехать далеко не надо: подборка изб из бедной, средней, типа избы Лоховой 148), «выше среднего» Скобелкина 149)150), богатой Серова 151)152)153) и почти роскошного бревенчатого «особняка» лесопромышленника Липатова 154)155), где есть место ещё и конторе, и санному «гаражу» 156), вполне может дать наглядное общее представление о сельской жизни совсем ещё недавнего прошлого. Амбарчики на «курногах» 142) и мельницы здешние не особо впечатляют, но тоже можно ознакомиться.
Остальные филиалы музея, не считая того, что вообще в Нерехте, посетить не удалось: в музей Природы, отрекламированный как музей «кто кого и как ест в Костромской области», просто не успел, а Выставочный зал работает по абсурдному графику с выходными в выходные.
Из «государственных» и «стандартных» остался ещё только музей Театрального костюма 143) в интересном модерновом доме, хотя он, пожалуй, как раз не особо стандартный. Тут, как и следует из названия, экспонируются именно сценические костюмы 144)145), например, относительно свежие с необычной местной трактовкой образов из «Снегурочки» Островского 146)147). Позабавило, что сшитые ещё в 1920-ых гг. немецкие костюмы стали законными трофеями и трудились на советской сцене. В общем, есть что пообсуждать, даже не будучи театралом.
Остальные заведения музейного характера нынче частная инициатива граждан. Например, тут есть по меньшей мере три, посвящённых ювелирке. Наиболее доступным показался музейчик при заводике «Аметист»148), держащийся в основном на энтузиасте, как-то связанном с производством. Музейчик, разумеется, небогат, сменяемая экспозиция 149) с не особо большим историческим отделом и выставками из серии «как повезёт» в основном современных мастеров 150). Послушать интересно, становится более-менее понятно, почему работающая исключительно на привозном сырье Кострома с окрестностями может самопровозглашать себя «ювелирной столицей России». Ювелирное дело в крае завелось очень давно, ещё когда тут бегали меря с весей, правда, первый официальный ювелир, тот самый Ратьков «из музея» получил лицензию только в 1782 г. Но зато к концу Империи здешний край клепал по 11 млн. изделий из драгметаллов в год! Правда, создаётся такое впечатление, что каким-то совершенно примитивным кустарным образом, почти без создания мощных мастерских. После революции пробавлялись мастера какое-то время изготовлением значков 151), но потом всё более-менее наладилось, и до сих пор клепают много, хотя действительно стоящую вещь купить весьма трудно. В общем, заглянуть в музейчик стоит, рядышком есть и магазин, и статуя старого ювелира 152).
К слову, всяких памятников в городе не так много, как обычно в златоколечных городах. Из старых можно отметить очередной плохой памятник Ленину, где у вождя плечо нефизиологично задрано выше уха, словно издевались ваятели-антисоветчики над Ильичом, и непонравившийся мне бюст маршала авиации Новикова, родившегося неподалёку под Нерехтой. Бюст создан аж самим Вучетичем, но получился какой-то безрукий инвалид, завёрнутый в тогу. Современные памятники, помимо упомянутого Долгорукого, представлены всякой мелочью, рассеянной по огромной Сусанинской площади. Вроде и неплохо, но уж как-то совсем мелко, типа прямо-таки статуэтки Снегурочки. Бронзовый бассет, вероятно с какой-то трогательной историей совсем не вдохновил. Монументальная пропаганда – явно не самая сильная сторона города.
О чём это я? А, да! Прочие «забегаловки» к посещению не обязательны, это новоделы во всех смыслах «от вольного», никаких гарантий! Хотя теремок «Лес-Чудодей» 153) сделан с душой, и здание интересное и всяческая чепуха 154)155)156)157), натасканная внутрь и более-менее увязанная с псевдонародным псевдофольклором, может позабавить. У этой компашки есть ещё «Усадьба Льна и Бересты» 158), тоже домик не без затейливости, хотя «собрание» послабей. Впрочем, помимо странных трактовок образа Снегурочки 159), попадаются занятные штуки изо льна и бересты, типа верёвочных «тапок», никоим образом не лаптей, а шептунов, или берестяного самовара, из которого, якобы, можно пить чай, ну вряд ли кипятить 160).
Есть и ещё раскиданное по городу что-то о купцах, о сыре, о глиняных игрушках, сластях и о Снегурочке, которую почему-то определили в Кострому от сосланного в Великий Устюг то ли дедушки, то ли батюшки Мороза. Ну, тут уж извините! Хотя «Терем Снегурочки» снаружи вполне себе симпатичный аттракцион 161), особенно с иллюминацией, внутри обещают ледовую избушку и ещё какой-нибудь паноптикум, но это лично мне совсем не показалось интересным. Если уж хотите паноптикум, то есть ресторан «Рога и Копыта» 162) с «настоящими» Кисой, Осей, знойной женщиной и Паниковским. Ну а что, пища не только духовная нужна! К слову, и «Сырная биржа» заслуживает посещения, сыра в дорогу, а?

Опубликовано 15.01.21 lastdoctor

«Ветер Странствий» © 2012   Контакты
Сайт управляется SiNG cms © 2010-2015